Вверх страницы

Вниз страницы

Близ при дверях, у последних времен.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Близ при дверях, у последних времен. » Слово пастыря » Священномученик Григорий (Лебедев), епископ Шлиссельбургский


Священномученик Григорий (Лебедев), епископ Шлиссельбургский

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Из писем.

"...Я спрашивал тебя: думала ли ты о промыслительных законах жизни?
Каковы же эти законы? Иначе: какова Божья воля о мире? И, в частности, каково положение христианина в жизни согласно той же Божественной воле?
За длинную историю христианства думали об этом двояко: в одни периоды жизни преобладал взгляд, что Господь благословляет земную жизнь, что Божья воля о жизни, чтобы человек был здесь счастлив, что христианство удобно совместимо со всем земным устроением и что отсюда задача жизни – осуществить исполнение христианских заповедей в радостной обстановке земной жизни – семейного счастья, материального довольства, невинных наслаждений, доброго смеха и счастливых улыбок.
Лет 15–20 назад этот взгляд имел много сторонников в русской церковной жизни.
А есть и другой взгляд – суровый, по которому христианство отрицает земное. По этому взгляду, земное устроение есть только необходимость, связывающая христианина, а задачей жизни будет ослабить путы жизни, выйти из них, чтобы дать свободу духу идти ко Христу.
Следовательно, по этому взгляду земная жизнь есть борьба, подвиг, и христианство сулит не смех и улыбки, а скорбь и очистительные слезы.
Где правда?
Родная о Христе! Нужно ли для тебя спрашивать об этом?
Ты переживаешь такую суровую школу жизни и такую суровую школу своего духовного роста, что для тебя совершенно реально то, что было для других предметом шумных логических построений.
Мало того: тебе, пережившей в суровых условиях первые шаги духовной жизни, должно быть странно, может ли быть спор о том, где правда.
И действительно, только сумрачное сознание периодов христианского упадка могло серьезно блуждать в вопросах полухристианского, полуязыческого ренессанса, обращая христианство в какой-то культ земной красивости.
Ведь даже поверхностное перелистывание Евангелия скажет, что тут была большая натяжка.
Разве можно пройти мимо классического определения Господа: «Царство Мое не от мира сего» (Ин.18:36) и «Я не от мира» (Ин.17:14) и «вас (христиан) Я избрал от мира» (Ин.15:19).
А если Христос и христианство не от мира, то их взаимоотношение будет отношением несвязанности и противоречий, и потому: «Мир вас ненавидит» и это совершенно естественно: «Знайте, что Меня прежде вас возненавидел (мир)» (Ин.15:18).
Если же так, если взаимоотношения христианства и мира есть взаимоотношения отчужденности, то следование за Христом в миру будет только несением креста и подвигом (Мф.10:38).
Потому и говорится, что «от дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф.11:12). И еще: «Подвизайтесь войти сквозь тесные врата» (Лк.13:24), «потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими» (Мф.7:13).
Так вот какова Божья правда о христианской жизни. Путь за Христом есть крест, есть непрерывный подвиг, есть безжалостное насилие над собой. Сделай отсюда вывод для своей жизни.
Вывод будет один: не ищи от жизни роз, покоя, благодушного довольства и наслаждения.
Христианство – подвиг, подвиг и в твоем пути, пока он добрый путь ко Христу; всегда будет труд, напряженное принуждение себя, слезы и воздыхания.
Родная! Видишь, что крест, скорбь – это уже закон жизни во Христе. Захочешь ли ты уклониться от нее?
Скажу тебе больше. Посмотри вдумчивее! Не будет ли наличие скорби в жизни показателем правильности христианского пути, не будет ли в хорошей скорби о Христе присутствия Самого Христа, напротив, тупое благодушие не будет ли показателем широкого пути, чуждого Христу?
А потому полюби спасительную скорбь. Она – неизбежный путь к Богу, через нее – очищение.
Вот почему счастливы (блаженны) плачущие! С ними – Господь.
Ну, скажи теперь: с кем же ты хочешь быть? Останься с плачущими. Останься со спасающимися. А смеющимся ныне – горе (Лк.6:25).

Всегда Ваш убогий богомолец. 7 октября 1930 г. "

0

2

Из писем.

"...Может быть, у тебя имеется хоть капля сомнения в том, справедливо ли считать скорбным путь к Богу? Всегда ли он был такой? Всегда, всегда. Знай, что скорбность пути ко Христу – это непререкаемая догма.
Первым высказал ее святой апостол Павел: «Вси хотящие благочестно о Христе жить гонимы будут». Так и пошло во все века. Конечно, в периоды внешнего спокойствия христианской жизни тернистость пути ко Христу совсем не бросается в глаза. Она скрыта за легальностью обнаружений христианства.
Но и в эти периоды спокойствия приглядись ближе к жизням, загляни за торжественные декорации внешности, окунись в глубь людских будней и ты увидишь, что если где под внешнею гладкостью пульсирует истинная христианская жизнь, то там же найдешь и неприметный снаружи подвиг, и боренье, и скорбь.
Проверь это наблюдение на опыте жизней, прошедших пред твоими глазами. И ты припомнишь, что во всех случаях, когда на фоне общего безразличия к спасению и поверхностного отношения к Богу некоторые из твоих знакомых начинали проявлять действительное горение в вере и начинали идти путем заповедей, сейчас же кончалось видимое спокойствие, в жизнь подвизающегося входила скорбь и «врагами человека становились домашние его» (Мф.10:35–36). Человек объявляется чудаком, ненормальным, фанатиком, психопатом и пр. Вместо понимания и любви он встретил улыбки, насмешки и упреки, и боренья человека над собой делались еще более острыми шипами.
Да возьми, наконец, в пример свой собственный жизненный опыт. Припомни, что когда ты вела обычную рассеянную светскую жизнь, какую ведет подавляющее большинство, и Бог был для тебя лишь далеким блюстителем законного порядка, тогда твои жизненные отношения были благодушны, и твой путь, может быть, был пуст и утомительно поверхностен, но он был гладок.
А вот когда ты строже взглянула на жизнь и пересмотрела свои отношения к Богу, и действительно пошла за Спасителем и к своему спасению, то припомни, не оборвалось ли у тебя все разом: не оборвалось ли благодушие и не оборвалась ли гладкость.
Тогда тебе пришлось, прежде всего, употребить насилие над собой, а с ним начались и бесконечные боренья и бесконечный подвиг.
И тогда разве не узнала ты воздыханий и разве чужды были тебе слезы?
С того же момента начался твой отход от жизни. Нить за нитью обрывались связи с нею. Ты отходила от вещей, привязанностей и наконец от людей... Даже свои близкие, казалось, наиболее сродные, и те становились далекими и как бы чужими.
Так царство мира отходило, заменяемое Царством Христа, так радость борьбы заменялась печалью о Боге.
И, поверь, так было всегда, и так было со всеми. И иначе быть не могло, потому что Христос и мир – противоположность и следование за Христом сейчас же обостряет отношения к миру, и жизнь в миру делается только вынужденной и только скорбной от ее несовместимости с христианским путем, когда в душе уж нет ничего общего с миром, а человек вынужден жить в нем и быть в вечной дисгармонии между «своим» и «внешним».
Отсюда и скорбь.
И опять говорю: видишь, как скорбь сродна христианскому пути? И пожелаешь ли ты уйти от спасительной скорби? Можно ли забыть закон Его Царства: «В мире будете скорбни»? (Ин.16:33)
Итак, если хотим быть с Ним, так как же нам уйти из-под этого непреложного закона?
И снова говорю: «Останься с плачущими... останься со спасающимися».
Господь да утвердит Вас в этих мыслях. ...

19 октября 1930 г. "

0

3

Из слова при наречении во епископа.

"...Сейчас идет суд Божий. И в этот момент, если мы сделаем ставку на человека и человеческое, мы будем только несчастны. Разве события церковной жизни настоящего и недалекого прошлого не дают нам доказательство правильности этого? Разве перед вашими глазами не прошли десятки примеров, как рушились расчеты на человеческое? Ведь вы видели, как банкротились ставки на многолетнюю мудрость, на ученость, даже на духовность, воспринимаемую по-человечески. Если бы мы свое упование не направили на человеческое, то настоящие лукавые дни, разметав человеческое, не потрясли бы до основания самих упований наших. Вы знаете, что мирское мудрствование и теперь терпит банкротство, носители его подходят к безверию, и не слышится ли нам голос: да что же такое наша Церковь и где она? Нет! Ставка на человеческое – и, простите, я скажу резкое мирское слово, – бита.
После того, что я буду говорить о себе? Что я готовился к предстоящему служению рождением, образованием, воспитанием и настроением? Да какая же ценность всего этого? Никакой. По человеческой ставке коротко скажу о себе. Готов ли я? Достоин ли? Не готов. Не достоин. Но идет суд Божий, отметая человеческое, дается Божие.
Вот моя вера. При ней я – ничтожная щепка, вздымаемая Промыслом на гребень волны. И задача моя одна: неизменно пребывать в русле Божественного Промысла, отдаваться Богу безраздельно, всем существом, без рассуждения. Без оглядки назад, с верой в неотвратимость предназначенного, я иду. Я иду, покорный Промыслу, и пусть совершится таинство Божие в нелицеприятном суде Его. В мысли моей, в настроении моем и на языке моем одно слово – слово молчания.
Пусть молчит всякая плоть человеческая,
Потому что идет Царь царствующих...
И молитва моя одна: ей, гряди, Господи Иисусе, гряди благодатию Духа Святого Твоего, чтобы в моей немощи и через нее совершились судьбы Твои. ..."
Москва, 16 ноября 1923 г.

+1

4

"...Путь Креста – не дорога раба, невольно загнанного на нее и боязливо озирающегося на ней. Он не горькая доля побежденного. Путь Креста – путь победителя. На него становятся свободным волеизъявлением. На нем нет рабов. По нему идут «свободные», и «сыны», и «дети». ..."
(Благовестие Святого Евангелиста Марка. Духовные размышления)

+1

5

"И пошел Иуда Искариот, один из двенадцати, к первосвященникам, чтобы предать Его им. Они же, услышав, обрадовались, и обещали дать ему сребренники" (Мк.14:10–11).

"Это обычная человеческая история, что Христос продается из души «за сребренники». «За сребренники», за материальные блага, за удобства жизни, за боязнь лишений, из-за кичливого нежелания расстаться с самостью вытесняется из души Бог.
Конечно, продажа совершается не как явная сделка (хотя бывает и это), чаще она представляет из себя длительный процесс компромиссов. Но всегда в основе всякого компромисса лежит предпочтение «сребренников», т.е. материального духовному.
А потому рассуди: всякая измена Богу разве не будет предательством Его?
«Слава снисхождению Твоему, Человеколюбче!» (Великая Пятница, вечерняя стихира на стиховне)."
(Благовестие Святого Евангелиста Марка. Духовные размышления).

+1


Вы здесь » Близ при дверях, у последних времен. » Слово пастыря » Священномученик Григорий (Лебедев), епископ Шлиссельбургский